Мишарин разозлился. Точь-в-точь как Путин

Свердловской элите придется перестраиваться на совершенно новый режим работы. Губернатор Александр Мишарин демонстрирует, что будет жестким и очень прагматичным руководителем. В пятницу он посетил Баранчинский электромеханический завод и Уралвагонзавод - два самых проблемных предприятия региона. Стиль проведения совещаний и разговоры с подчиненными настолько же разительно отличаются от росселевского добродушия, как путинская эпоха - от ельцинской. Корреспондент «URA.Ru» стал свидетелем «мишаринского Пикалево» и рассказывает о том, к чему нужно готовиться нашему истеблишменту.

 

Источник в правительстве утверждает, что Мишарина до последнего момента отговаривали ехать на Баранчу - все-таки самое проблемное предприятие региона, поселок на грани социального взрыва, и начинать карьеру главы области со столь жесткого негатива может быть опасно.

 

Но Мишарин решил ехать.

 

 

 

В десять утра возле проходной БЭМЗа было множество людей в тоненьких дубленках, раскачивающихся туда-сюда как китайские болванчики: это чиновники правительства, журналисты и представители предприятия переминались с ноги на ногу на морозе, дожидаясь приезда Мишарина. Сравним (а куда денешься?) с Росселем: тот редко начинал мероприятия позже девяти, всегда являлся минута в минуту и весь день жил «в графике». У Мишарина четкого графика не было вовсе: каждый из раскачивающихся чиновников обладал своей информацией о том, когда должен прибыть губернатор - и в итоге он опоздал ко всем прогнозам. «Очень по-путински», - шутили правительственные служащие (российский премьер — большой мастер опозданий, недавно Юлия Тимошенко ждала его три часа). Сотрудники администрации губернатора зевали: чтобы приехать в Баранчинский, пришлось вставать в пять, а с работы вчера пришли заполночь. Ведь новый губернатор - еще одна характерная черта - сидит на работе до десяти-одинадцати вечера (Россель обычно заканчивал рабочий день не позже шести).

 

 

Погреться внутри заводоуправления было невозможно - на заводе, как известно, нет отопления. Накануне только-только дали свет и потихоньку возвращают тепло в цеха. Но разница с уличной температурой все равно - считанные градусы. Чтобы не мерзнуть, чиновники дурачились и шутили.

 

- Ну что ты меня на мороз вытащил? Постояли бы в цеху. Нет его пока, - журил и.о. вице-премьера Михаила Максимова и.о. вице-премьера Анатолий Гредин. - Мало того, что все в отставке. Так еще все в больничке будем!

 

В Баранчу съехались все - министры, силовики, народные избранники. По-моему, приехали даже те, кто к Баранче вообще отношения не имел. Был, например, депутат Госдумы Виктор Дедов (я его последний раз видел еще в 2007 году, когда он был рабочим на заводе, носил каску и спецовку). Приехал даже владелец «Уралтрансбанка» Валерий Заводов.

 

- Ты чего столько народу позвал? - смеялся над Максимовым Гредин. - Вот Заводов-то зачем приехал?

 

- Так мы же на заводе. А у него фамилия - Заводов, - отшучивался Максимов. - Как ему было не приехать?

 

На горизонте, однако, появились мигалки, и на том шутки кончились (возможно, кончились навсегда).

 

 

 

Александр Мишарин сухо поздоровался с присуствующими, включая хозяйку завода Елену Копытову, и отправился осматривать цеха. Губернатор Россель, помнится, во время таких осмотров всегда все знал заранее и при том ему все было интересно. Он мог в любом цехе взять любую деталь, спросить о ней у рабочего, а потом сам рассказать в три раза больше (не всегда точно по делу, но все же). Мишарин другой. Ему ничего особо не интересно. Он прошел по цехам, равнодушно взглянув на станки и остатки продукции, задал пару конкретных вопросов насчет модернизации предприятия и вышел наконец к людям, которые давно ждали его в цехе. Эти люди не получали зарплату уже много, много месяцев. Они были злы. Рядом на всякий случай стояли милиционеры.

 

 

 

Александр Мишарин, хоть и вышел из работяг, но в такой толпе, кажется, немного растерялся. Люди моментально обступили его со всех сторон.

 

- Когда последний раз работали? - спросил у них Мишарин.

 

- Не помним. Тепло еще было.

 

- А хотите работать?

 

- Хотим, - гудели рабочие.

 

Думаю, Александр Сергеевич, когда ехал сюда, заранее прокручивал этот диалог в голове.

 

- Зарплату сколько не получаете? С июля?! Мы вам восстановим предприятие. Оно будет работать. Давайте я буду этим заниматься. А вы приведите в порядок свои рабочие места, а то что такое творится? - Александр Сергеевич, наверное, первый раз был на заводе Федулева и не знал, что так тут - все время.

 

 

 

Люди стали говорить Мишарину слова поддержки. «Мы за вас, Александр Сергеевич, вы нам помогите», - обещали они. Такова природа русской власти. Еще позавчера большинство этих людей знать не знало г-на Мишарина, а теперь все они уже были за него.

 

Совещание по Баранче решили проводить в здании местного техникума. Прямо в актовом зале расставили столы, подключили микрофон. Сотрудники департамента информации привычно инструктировали журналистов: сначала — официальная часть, потом — закрытая. На закрытой журналистов быть не должно.

 

- Вячеслав Евгеньевич, - обратился я к помощнику Мишарина Вячеславу Лашманкину. - Можно остаться на закрытую часть?

 

- Какую закрытую часть? - удивился он. - У нас все будет открыто. Тут и без того слишком долго в прятки играли.

 

 

Губернатор Мишарин сел за школьную парту, заменившую рабочий стол, и начал совещание. Начал сразу так, что мало никому не показалось.

 

- Каждый должен заниматься своим делом, - отрезал он (возможно, это стоит считать управленческим девизом Мишарина). - Ехали сюда из Екатеринбурга. До самого Тагила дорога не убирается, снег, плотный поток машин. Сегодня полпред проводит совещание по безопасности дорожного движения. Какая может быть безопасность, если у нас никто дороги не убирает? Человек, ответственный за содержание этой дороги, сегодня должен быть уволен. А руководитель областного дорожного хозяйства будет привлечен к ответственности. Также вплоть до увольнения. Если все будут заниматься своим делом — вот, чистить дороги, например — то и такой ситуации, как на Баранче, у нас никогда не будет.

 

Дежурные улыбки «ну-вот-еще-одно-совещание» у всех как ветром сдуло.

 

 

 

- Проблемы на БЭМЗе появились не сегодня и не вчера. Они копились годами, - продолжал г-н Мишарин. Он обрисовал ситуацию на заводе, которую кризис лишь вскрыл. А создавалась она, по его мнению, годами неэффективного и варварского управления. При этом в «конфликт собственников», о котором рассказывает сторона Павла Федулева и Елены Копытовой, Мишарин что-то не слишком верит. Он назвал этот конфликт «прикрытием», которое позволило «создать юридическую неопределенность» и довести завод до нынешнего состояния. Если нынешние собственники не в состоянии обеспечить нормальную работу предприятия, предупредил Мишарин, они должны смениться.

 

- Я спрашиваю у рабочих — когда делали ремонт? Отвечают: не помню. А как давно работаешь? «Всю жизнь», - ужасался Мишарин. Выглядело это довольно зловеще. Он говорил негромко, смотрел исподлобья и здорово напоминал Владимира Путина, когда тот сильно злится.

 

После Мишарина слово предоставили членам трудового коллектива, которые принялись заранее оправдываться за запланированный на следующий день митинг. Дело в том, что о митинге уже знает весь город, и если его отменить — недовольство только усилится. С другой стороны, проводить митинг на следующий день после визита губернатора — значит, выступить против его политики. Поэтому представители трудового коллектива придумали изящный (с их точки зрения) ход:

 

 

 

- Мы превратим этот митинг в митинг поддержки ваших инициатив. Знаете, это даже изначально и должна была быть не акция протеста. Это крик души...

 

Потом Александру Мишарину захотелось послушать исполнительного директора завода Татьяну Соловову. Однако г-жа Соловова до этого покинула зал. Дело в том, что в сумке у нее начал звонить телефон с навязчивым рингтоном, она безуспешно искала его минуты полторы, а потом, под шиканье и недовольные взгляды, выбежала из зала с сумкой. Исполнительного директора еле нашли, привели обратно, усадили на стул под очи Александра Мишарина, и г-жа директор только и лепетала что «я полностью с вами согласна» (оставалось добавить - «ваше превосходительство»).

 

- Что же касается митинга, - обратился Мишарин к рабочим. - То дело ваше. Можете проводить. Но я бы на вашем месте лучше навел порядок в цехах. Скоро нужно будет работать. Оденьте телогреечки и...

 

 

 

Во время разговора с энергетиками градус жесткости повысился еще сильнее. Мишарин потребовал у них (рыночных организаций) побыстрее дать тепло, газ и электричество на завод. Собственно, сегодня это ключевой вопрос. Без энергии предприятие не может начать работу. А чтобы оплатить энергию, нужно начать работу. А чтобы начать работу, нужна энергия. Кто-то должен был разрубить этот заколдованный круг.

 

- Послушайте, - обратился Мишарин к Владимиру Кузюшину и Денису Паслеру, представляющим «Уралсевергаз» и «Свердловэнергосбыт». - Если вы сейчас не дадите заводу работать, то вообще на всю жизнь останетесь с долгами. А так у вас есть хоть маленький шанс получить деньги обратно. Если позволите предприятию работать.

 

- Но Александр Сергеевич, они же ни одного документа не представили, - запричитали энергетики. Их можно понять. Не исключен такой вариант, что старые долги они все равно не получат назад, но теперь к ним еще и прибавятся новые — за включение по просьбе Мишарина.

 

- Я не понимаю, - поднял бровь губернатор. - Мы с вами хотим сохранить предприятие? Или, может быть, есть другие варианты? Давайте выслушаем их. А?

 

 

 

Присутствующие неловко молчали и даже нервничали. Утренние шутники Гредин и Максимов сидели, не шелохнувшись. И вообще, у всех в этом зале был вид двоечников. В этот момент мне еще подумалось, что разница между Мишариным и Росселем примерно та же, что была между Путиным и Ельциным. Ельцин, конечно, тоже мог наорать. Мог обидеться. Мог даже уволить кого-нибудь в сердцах. Но вообще-то он производил впечатление доброго старика. А от холодных и сухих выговоров, сделанных так по-путински, - мурашки по коже.

 

В этой атмосфере мысли у всех потекли в державном направлении. Гендиректор «Уралсевергаза» Владимир Кузюшин предложил передать завод государству («Оно ведь его и строило?»). А сам г-н Мишарин напомнил, что де-факто предприятие и так в собственности государства - ведь имущество заложено в государственном «ВТБ».

 

- Пока мы тут с вами сидим, пропадает государственное имущество, - Мишарин сделал ставку на слово «государственное».

 

Прокурор области Юрий Пономарев закрепил эффект, сообщив: накануне была задержана одна из собственников завода, г-жа Наумова (контролирует 25% акций). Муж Наумовой, бывший гендиректор завода Григорий Карпунин, сидел тут же — говорят, он появился на людях впервые за долгое время. Один из сотрудников правительства, имеющий неплохие связи в силовых структурах, шепнул: «Карпунина внизу ждут два оперативника. Скорее всего, прямо сейчас задержат».

 

 

Будем надеяться, что не каждое совещание у Александра Мишарина будет заканчиваться арестами.